Евгений Винокуров: Работа по продвижению интеграции приобрела системный характер

© EAEB
Директор Центра интеграционных исследований ЕАБР, д. э. н. Евгений Винокуров рассказал ЕКЦ о том, каких результатов удалось добиться в работе по созданию общих рынков ЕАЭС и что еще предстоит сделать.

Алексей Пилько: Известно, что большая часть препятствий  на пути к общим рынкам все еще сохраняет свое действие, однако уже удалось снять 81 из них. Расскажите, пожалуйста, подробнее, где именно удалось добиться результатов за последнее время?

Евгений Винокуров: Работа по снятию нетарифных барьеров приобрела системный характер. Это одна из позитивных сторон идущих сейчас процессов в ЕАЭС. Часть препятствий действительно удалось снять. В апреле Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК) выпустила так называемую Белую книгу, в которой отражается эта планомерная работа. В ней рассматриваются 60 барьеров, по которым достигнуто соглашение: их нужно или унифицировать, или отменять. Но следует понимать, что это далеко не все ограничения. Существует еще несколько сот препятствий, из которых порядка 80% относятся к категории допустимых, т.е. государства ЕАЭС имеют право их вводить и применять на оговоренный период времени  — до двух лет.

Еще одним прогрессивным шагом в этой работе является то, что с октября прошлого года начал работать информационный портал о функционировании внутренних рынков ЕАЭС barriers.eaeunion.org. Это портал Евразийской экономической комиссии, где помимо большого количества справочно-информационных материалов есть и механизм обратной связи. Бизнес может через этот ресурс сигнализировать ЕЭК о ситуации на местах — где и какие проблемы существуют. Соответственно, Комиссия на это реагирует. Но работа этого портала, конечно, не отменяет возможности направлять компаниям запросы и пожелания через соответствующие национальные государственные органы. 

Алексей Пилько: Общий рынок лекарств заработал в начале мая этого года. Ожидается также, что Таможенный кодекс ЕАЭС вступит в силу уже 1 января 2018 года. Как Вы думаете, станет ли работа этих рынков показателем того, как будут объединяться другие рынки, в частности, общий энергетический рынок, запуск которого запланирован на 2019 год?

Евгений Винокуров: Работа по общему рынку лекарственных средств и медицинских изделий активно шла в 2016 году, а 6 мая 2017 года соглашение вступило в силу. Это первый общий рынок из числа упомянутых в договоре о ЕАЭС, поэтому к нему приковано пристальное внимание. Он стал своего рода лакмусовой бумажкой того, как будет вестись работа и по другим общим рынкам.

Рынок лекарственных средств и медицинских изделий представляет собой пакет из 25, нормативных актов. Он согласовывался очень тяжело, была масса замечаний, процесс достижения консенсуса шел трудно. Сторонам пришлось пойти на компромисс, отказаться от серьезной части первоначальных амбиций, чтобы в итоге соглашение о едином рынке лекарственных средств и медицинских изделий было подписано. Реализация разрешительных и контрольно-надзорных функций пока остается на национальном уровне. Страны будут самостоятельно проводить процедуру госзакупок лекарств, установлен длительный переходный период. До конца 2021 года будут сосуществовать две процедуры допуска медицинских изделий в обращение: по единым требованиям Союза, а также в соответствии с национальными законодательствами стран ЕАЭС. В полную силу рынок заработает только к 2025 году. Уже можно предположить, что работа по другим общим рынкам будет также идти непросто.

Алексей Пилько: Недавно были сняты возражения Беларуси к новому Таможенному кодексу ЕАЭС. Он должен вступить в силу 1 января 2018 года. Почему так долго и мучительно шел процесс согласования ТК?

Евгений Винокуров: Да, белорусской стороной кодекс был подписан только 12 апреля этого года. В ближайшее время он должен быть ратифицирован всеми государствами ЕАЭС. В действительности, впервые вопрос о том, что Таможенному союзу нужен качественно новый таможенный кодекс встал еще 2010 — 2011 годах. До сих пор действуют десятки соглашений в сфере таможенного регулирования, некоторые из них противоречат друг другу. Уже несколько лет назад стало понятно, что необходимо кодифицировать и внедрять прогрессивные нормы таможенного регулирования, которые соответствовали бы международному законодательству.

Процесс согласования нового ТК шел долго и тяжело. Он ускорился в 2016 году, ЕЭК внесла полторы тысячи поправок, замечаний и предложений. Большую часть вопросов сняли на уровне консультаций с Евразийской экономической комиссией, но некоторые пришлось решать на уровне вице-премьеров и премьеров стран ЕАЭС. Два последних вопроса снимали на уровне президентов государств-участниц Союза. Тем не менее, документ получился неплохой. Это связный и внутренне непротиворечивый кодекс, где прописан приоритет электронного таможенного декларирования. Это означает, что декларирование в бумажном виде допустимо только в порядке исключения. Сокращен срок выпуска товаров из-под таможенного контроля — 4 часа.

Вводится институт уполномоченных экономических операторов, который позволит хорошо зарекомендовавшим себя импортерам и экспортерам вести свою деятельность по упрощенным процедурам — это экономия и времени, и денег. Прописан механизм единого окна. Суть его заключается в том, что участник ВЭД однократно загружает на портал стандартизированную информацию, далее госорганы самостоятельно «берут» оттуда необходимые им документы.

Но есть вещи, от которых пришлось отказаться, чтобы новый кодекс вступил в силу. Это, прежде всего, отказ от принципа резидентства. Согласно этому принципу, участник ВЭД смог бы подавать декларацию только таможенным органам своей страны, но не любому государству-участнику ЕАЭС.  Однако, в целях достижения консенсуса от этой идеи отказались. И сейчас значительная часть таможенного регулирования  остается на национальном уровне.